— Как именно выглядели наконечники? — пропустил мою последнюю реплику мимо ушей дознаватель.

— Тёмный металл, без каких-либо следов ржавчины, довольно грубая ковка…

— То есть, в адмиралтейство вы привезли другие наконечники?

— В Адмиралтейство наконечники привёз не я.

— И тем не менее?

— Другие.

— Почему же тогда вы заявили, что «тьма слишком сильна», и захлопнули крышку сундука? — уставился на меня дознаватель, под глазами которого набухли тёмные мешки. — Как вы это объясните?

— В тот мне момент показалось неразумным объявлять во всеуслышание о пропаже наконечников, — пожал я плечами. И так потом Паре чуть не прибил, реакцию же остальных вельмож страшно было даже представить. Четвертовали бы, как пить дать — четвертовали. Без суда и следствия, прямо на месте.

— Вы с первого взгляда смогли определить, что кто-то подменил содержимое сундука?

— Да.

— Каким образом?

— Появление ржавчины. Другие размеры. Отсутствие проклятия.

— Кто-нибудь другой мог заметить подмену?

— По первым двум признакам — граф Луринга и Вильям Чесмарци. Но они в сундук заглянуть не успели.

— Кто ещё?

— По третьему признаку любой из братьев-экзорцистов. Если бы им объяснили, на что следует обратить внимание.

— Когда вы последний раз видели настоящие наконечники? — вновь взялся за перо дознаватель.

— На корабле, перед тем, как был заколочен сундук.

— Кто ещё находился с вами в тот момент?

— Граф Луринга и Вильям Чесмарци. — Все эти вопросы давно уже сидели у меня в печёнке, но выказывать своего раздражения ни в коем случае не стоило. Как бы чего не вышло. Дыбы там или игл под ногти…

— В дальнейшем кто-нибудь из вас оставался наедине с сундуком?

— Нет, мы сразу вытащили его на пирсы.

— Таким образом, вы утверждаете, что возможность подменить наконечники была только у Джоэля Янга и Грая Фокса, доверенных лиц главы надзорной коллегии Якоба Ланье?